Редактор "КП-Калининград" Алексей Денисенков: Партия "Сорок процентов"

"Единая Россия" в Калининграде традиционно не набирает на выборах много голосов.

Редактор регионального выпуска "Комсомолки в Калининграде" обосновал свое собственное предположение о том, почему партия власти у нас традиционно не набирает на выборах много голосов.

У каждого человека есть свой предел. Особенно хорошо это видно на примере спортсменов. Нынешнему голкиперу сборной России Игорю Акинфееву никогда не стать Львом Яшиным. А популярная Татьяна Навка едва ли повторит достижения Ирины Родниной. Есть предел возможностей, преступить который никто не в силах. Когда я служил в армии, например, подтянуться больше 14 раз у меня никак не получалось. Как ни тренировался. 14 раз на перекладине — мой предел. А у моего прапора был предел 12 раз, и поэтому он на меня злился…

Впрочем, я не о прапоре. Есть свои пределы не только у людей, но и у партий. Скажем, у партии власти в Калининграде такой предел — 40 процентов голосов избирателей. Плюс-минус пять-десять процентов объективности ради, но не больше.

В 1991 году Борис Ельцин получил у нас поддержку гораздо более низкую, чем в среднем  по России — 39 процентов против 57. В 1993 году за тогдашнюю партию власти "Демократический выбор России" проголосовали 20 процентов калининградцев, в то время как ЛДПР набрала 30 процентов — на 7 процентов выше среднероссийского уровня. Выборы в Госдуму 1995 года ознаменовались у нас очередным провалом. Строить "Наш дом Россию" изъявили желание около 8 процентов избирателей. В 2003 году уже "Единая Россия", обладавшая к тому времени недюжинным административным ресурсом, получила пониженную поддержку по сравнению со среднероссийской (32 процента  против 37). В 2007-м "медведи" хоть и подтянулись в Калининграде к 50 процентам, выступили традиционно хуже, чем в среднем по России. И это при том, что вертикаль власти к тому времени уже стояла. То есть средний результат все равно крутится где-то в районе 40 процентов.

Единственным светлым пятном в этой череде не очень убедительных достижений выглядят итоги выборов в Госдуму 1999 года. Тогда партия нового премьера "Единство" привела Калининград в авангард регионов, проголосовавших за Владимира Путина.

Однако, если вдуматься, станет понятно, что исключение только подтверждает правило. Поддержку "Единству" тогда оказали во многом из-за ее державно-патриотической риторики (помните лозунги "Положить конец войне в Чечне", "Замочить террористов в сортире", "НАТО нам не указ"?).

Калининград, несмотря на мнимую парадоксальность этого утверждения, был всегда очень державен и не менее патриотичен. Парадоксальность тут возникает из-за нашей географии. Какие еще могут быть политические настроения в окруженном иностранными государствами регионе, кроме центробежных и сепаратистских? Однако результаты выборов показывают отсутствие даже намеков на сепаратизм. Только патриотизм и державность. Судите сами: в 1993 году побеждает ЛДПР, в 1995-м — высокий результат у боевого генерала Александра Лебедя и его "Конгресса русских общин", в 1999-м   побеждает патриотическое "Единство", в 2003-м при откровенно слабом (по меркам континентальной России) результате — "ЕР", отлично выступили "патриоты" —  традиционно ЛДПР и блок "Родина". А если снизойти до выборов в областную думу, то станет очевидно, что до того успеха, которым пользовалась "Народная партия" (опять же, патриотическая — ее костяк составляли военные пенсионеры), пока ее не запретили, "Единой России", ох, как далеко.

Партия власти в Калининграде не побеждала безоговорочно, всухую, с разгромным счетом. "Патриоты", а если не патриоты, то какие-нибудь обиженные действующим курсом власти, — например, лишенные областной растаможки калининградские автомобилисты, — всегда находились где-то рядом. Даже сейчас, в условиях выстроенной вертикали и фактически безграничного административного ресурса, победа "Единой России" не убедительна. Их победам всегда чего-то не хватает. Наши партийные бонзы всякий раз наутро после выборов с опаской поглядывают на Москву и всякий раз ждут нагоняй за недостаточно высокий процент. "Сепаратисты вы там", — шипят в Москве.

Да какой калининградец сепаратист?! Он патриот, державник. Когда он болеет за сборную России, площадь Победы бурлит, как исландский вулкан. Просто калининградец требует бережного к себе подхода. Как к калининградцу, а не как к среднестатистическому россиянину. И вот от этого недостатка ласки калининградский патриот обижен на центральную власть, олицетворением которой является партия власти. Он обижен за развал Советского Союза; за то, что льготы ему сначала дали, а потом отобрали; за то, что минимальный объем инвестиций для получения налоговых преференций — 150 миллионов рублей, а еще за свет надо платить; за то, что к родственникам заставляют ехать по загранпаспорту и не выдают бесплатно Шенгенскую визу; за то, что развалили военные городки и колхозы с совхозами; за то, что РЖД отменяет пригородные электрички, а самые сочные контракты выигрывают питерцы; он обижен за свои обманутые надежды и на подкорке чувствует себя ущемленным. Ему все должны, а возвращать долги не торопятся. Такая вот банальность.

Именно поэтому Георгия Бооса — лидера "Единой России" — дразнили известной фразой: "Чемодан — вокзал — Москва". Георгий Валентинович, говорят, на эту фразу сильно обижался. Но, если он и мог что-нибудь сделать, то лишь на 40 процентов. И в один прекрасный день собрал чемодан, добрался до Южного вокзала и уехал в Москву.